Гейнце Николай Эдуардович

3 [25] июня 1852, Москва — 24 мая [6 июня] 1913, Киев)
Прозаик, журналист, драматург, адвокат. Участник Русско-японской войны 1904–1905 гг.
Николай Эдуардович Гейнце родился в семье учителя музыки (чеха по происхождению) и костромской дворянки (урожденной Ерлыковой).

Окончил московский пансион Кудрякова, 5-ю московскую гимназию (1871 год), юридический факультет Московского университета (1875 год). Работал адвокатом, судебным следователем, прокурором. В 1884 году Гейнце вышел в отставку, чтобы полностью посвятить себя литературной работе.

Публиковаться начал с 1880 года в московских журналах и газетах: «Зритель», «Радуга», «Московский листок», «Русской газете». В 1891 году опубликовал первый исторический роман «Малюта Скуратов» (СПб.).

Многочисленные исторические романы Гейнце первоначально появлялись в газетных «фельетонах», затем, как правило, в короткое время выдерживали несколько изданий: «Аракчеев» (СПб., 1893), «Князь Тавриды» (СПб., 1895), «Коронованный рыцарь (Тайны Таврического сада)» (СПб., 1895), «Генералиссимус Суворов» (СПб.,
1896), «Первый русский самодержец» (СПб., 1897), «Ермак Тимофеевич» (СПб., 1900), «Дочь Великого Петра» (СПб., 1913) и др.

Значительную популярность Гейнце приобрел как автор уголовно-бытовых романов и повестей — «В тине адвокатуры» (Т. 1—2. СПб., 1893), «Женский яд» (СПб., 1892), «По трупам» (СПб., 1895), «Под гнётом страсти» (СПб., 1896), «Герой конца века» (СПб., 1896), «В царстве привидений» (СПб., 1899).

Гейнце сотрудничал в газете «Сын отечества» и журнале «Звезда», печатал рассказы и статьи в «Петербургской газете» и «Петербургском листке». С 1888 года — главный редактор газеты «Свет».

Н. Э. Гейнце участвовал в Русско-японской войне 1904–1905 годов в качестве военного корреспондента.

Н. Э. Гейнце умер в Киеве, похоронен в Петербурге.
С началом Русско-японской войны Н. Э. Гейнце отправился на фронт в качестве военного корреспондента. В мае 1904 года он выехал на Дальний Восток «сибирским экспрессом» № 7.

Издал книгу очерков «В действующей армии. Письма военного корреспондента» (1904 г., 1907 г.).

























Фрагмент книги Н. Э. Гейнце Н. Э. «В действующей армии», 1904 г.
«Но вотъ и Байкалъ — онъ далъ о себѣ знать сильнымъ охлажденіемъ температуры при приближеніи къ нему, хотя и воды красивой Ангары давали уже нѣкоторую свѣжесть. При стоявшей жарѣ это было болѣе чѣмъ пріятно.

На Байкалѣ ожидали насъ пассажиры почтоваго поѣзда, прибывшаго туда за пять часовъ ранѣе, и огромный пароходъ «Ангара». Ледоколъ «Байкалъ», принимающій въ себя поѣздъ и перевозящій его черезъ озеро, уже ушелъ и мы встрѣтили его на озерѣ возвращающимся обратно. Это замѣчательно грандіозное судно. Носильщики перенесли вещи на пароходъ, и мы поплыли по Байкалу, поверхность котораго была гладка какъ зеркало, а цвѣтъ воды совершенно изумрудный. <...>

Переѣхали мы Байкалъ, прибыли на пристань Танхой. Совсѣмъ китайское названіе. Оказывается же, — по словамъ служащаго на этой дорогѣ, — что это испорченное чисто русское слово. Въ этомъ мѣстѣ берегъ Байкала образуетъ очень тонкій мысъ и рабочіе еще при производствѣ развѣдокъ дороги назвали ее «тонкой», дѣлая удареніе на послѣднемъ слогѣ, а отсюда произошло названіе пристани и первой станціи «Танхой». Какъ гибокъ русскій языкъ и какъ ломаютъ его сами же русскіе люди!

На этой китайско-русской пристани насъ встрѣтилъ уже не начальникъ станціи, а комендантъ, оказавшійся впослѣдствіи очень любезнымъ человѣкомъ.

На рельсахъ при прибытіи парохода «Ангара» стоялъ арестанскій поѣздъ, въ которомъ везли арестантовъ на работы по кругобайкальской дорогѣ. Насъ продержали часа два на пароходѣ, причемъ передъ выпускомъ съ него на берегу появился г. комендантъ, и заявилъ:

— Въ поѣздѣ занимаютъ мѣста по чинамъ. Сперва гг. генералы, затѣмъ штабъ-офицеры и гг. военные врачи въ первомъ классѣ, затѣмъ оберъ-офицеры — во второмъ и третьемъ классѣ.

Лица мое и другого штатскаго г. Соколова, ѣдущаго по дѣламъ въ Харбинъ, вытянулись.

— А мы, штатскіе? — спросилъ я.

— Будете посажены на поѣздъ, если будутъ мѣста послѣ занятія мѣстъ гг. офицерами и врачами.

Но вскорѣ мы успокоились. Для насъ съ г. Соколовымъ нашлось свободное купе перваго класса.

По мѣрѣ приближенія къ театру войны, знаешь о немъ все меньше — газетъ не видишь никакихъ.

На пристани «Танхой» мы простояли шесть часовъ и двинулись далѣе. До станціи «Мысовой» Забайкальской желѣзной дороги ѣдемъ по берегу величественнаго Байкала, на которомъ въ этихъ мѣстахъ, несмотря на стоящія жары, еще плаваютъ огромныя льдины. Говорятъ, что Байкалъ очищается отъ льда часто лишь въ половинѣ іюня.

На переѣздахъ встрѣтили сперва поѣздъ съ партіей японцевъ въ арестантскихъ вагонахъ, а затѣмъ санитарный поѣздъ съ нашими ранеными въ тюренченскомъ бою — ихъ эвакуируютъ въ Иркутскъ и Красноярскъ. Къ сожалѣнію, нѣсколько минутъ стоянки не дали мнѣ возможности поразспросить этихъ чудо-богатырей, потерявшихъ въ славномъ бою столько отважныхъ товарищей.

На «Мысовую» приходимъ въ четыре часа утра, даю телеграммы о разрѣшеніи мнѣ выѣхать со ст. Манджурія далѣе.»
«Летопись войны с Японией». Еженедельный иллюстрированный журнал. 1904–1905 гг.